От подснежников до желтых листьев...

Парашютисты-пожарные
На взлётную полосу...
Снимок Юрия Дунаева.

С 11 по 14 марта 2015 года от взлетного поля Алапаевского аэропорта раз за разом отрывал лыжи и устремлялся в небеса АН-2, и в небесах от него один за другим отталкивались, устремляясь в свободное падение парашютисты-пожарные, и в небе вновь и вновь раскрывались и гасили их стремительный полёт купола парашютов.
Уральская база авиационной охраны лесов проводила тренировку накануне начала пожароопасного сезона.

Как рассказал руководитель тренировки Вадим Ильич Серёжкин, в ней приняли участие более 40 парашютистов-пожарных из Ивделя, Сосьвы, Тавды и Алапаевска. Каждый из них должен был совершить 12 обязательных прыжков, в том числе и со специальным пожарным оборудованием. Летчики отрабатывали действия по десантированию, парашютисты-пожарные — навыки прыжка с самолета, управления парашютом в воздухе и техники приземления.

Впереди лето, а значит, увы, лесные пожары. Для парашютистов-пожарных это время – от подснежников и до желтых листьев – самая жаркая пора...

В самолет
Пора в небо...
Снимок Юрия Дунаева.

Взлет
Взлёт.
Снимок Юрия Дунаева.

Парашютист
Летю!
Снимок Юрия Дунаева.

Приземление
Возвращение на Землю.
Снимок Юрия Дунаева.

Есть первый прыжок
Первый прыжок есть! Осталось ещё одиннадцать...
Снимок Юрия Дунаева.

Подснежники

— Я забыла, как называются эти цветы…
— Вот эти? Подснежники…
— Нет они еще как-то по-научному называются…
Так начинается фильм Владимира Попова «От подснежников до желтых листьев».

Кинорежиссер Владимир Попов
Кинорежиссер Владимир Попов.

Подснежники появятся в фильме еще только один раз – они будут собраны близ поля аэродрома для девушки-метеоролога, той самой, которая как раз и пыталась вспомнить, как их зовут по-другому. Букет будет собран, но не будет ни вручен, ни принят. Потому что для них обоих – и этого парня, и этой девушки, подснежники – это не просто весенние цветы, подснежники – это знак того, что начинается время огня, точно также как первые желтые листья на осенних деревьях – знак того, что это время скоро закончится.

Поэма о небе, земле и людях

Внешне фильм Владимира Попова – о трудовых буднях бойцов отряда лесоавиаохраны. Пожалуй, это первый фильм Попова, снятый на столь, казалось бы, обыденном, на столь располагающем к банальной пропаганде, или, как сейчас принято говорить, к «имиджевой» рекламе, материале. Можно было пойти этим утрамбованным прямым путем – с бравым закадровым голосом, который застревает в горле хорошо поставленным комком, когда высокопарно и равнодушно вещает «о героических буднях на огненном фронте», на котором «ежедневно идут в бой со стихией люди без страха и упрека – славные бойцы нашего энного отряда авиалесозащиты».
Смешно. Да и, если честно, не нужно никому.

И Попов остается верен себе – он, как всегда, создает документальную поэму о людях и о земле, на которой они живут.
— Я забыла, как называются эти цветы…
— Вот эти? Подснежники…
— Нет они еще как-то по-научному называются…
Как по-научному, мы так и не узнаем. Потому что это совсем не важно. Зачем в поэме их называть как-то по-другому?

Судьба? Ну ты что гонишь?

Обшарпанное здание аэропорта, затерянное где-то в России, таких много, обыкновенные парни у костра, таких еще больше, как обычно по утрам, прихлебывают кипяток из кружек перед тренировочными прыжками, тщательная проверка парашютов перед вылетом – («Посмотри, где ошибка и исправь». «Так нет же ошибки, все как надо». «Извини, перебдел, перебдел»), иногда спорят – что, например, делать, если купол основного парашюта над головой «комком» – пытаться расправить или сразу рвать кольцо «запаски»?

— Сколько отводится на то, чтобы расправить основной? Десять секунд. А ты сразу «запаску». А если запасной не раскроется?
— Значит, судьба…
— Ну ты что гонишь? Судьба… Нет, ты что гонишь?

Попов нигде ничего не объясняет, не комментирует и уж тем более ничего не декларирует открытым текстом. Он просто показывает то, что мы видим каждый день повсюду рядом с собой. Кадр за кадром, каждый тщательно отобран, каждому свое место и каждый именно на этом своем месте – и обычное вдруг оборачивается поэмой.

В фильме есть эпизод, где один из бойцов отряда авиалесоохраны рассказывает о том, в каких условиях они работают:

— Раньше вертолет редко с нами работал, сейчас чаще. Когда нет вертолета, все – парашюты, то, чем тушить — приходится вытаскивать на себе, по два десятка километров. Палаток нет. Холодными ночами спим под куполом запасного парашюта, завернувшись в основной…
— Ну, ты просто поэму прочитал…

Можно только уточнить – документальную поэму.

Стоим! Справимся!

Вот они спускаются по тросам с вертолета – такие маленькие и беспомощные по сравнению с купающимися в солнце, подпирающими мощными стволами небо, березами. Это на тренировке. Когда лес запылает в огне – все переменится: беззащитные перед стихией беспомощно валящиеся на землю стволы, и люди, спасающие их, вступившие с этой стихией в поединок.

— Третий, как вы там?
— Тут нам хана приходит. Завал горит. Огонь выше пяти метров. Не знаю, что и делать…
— Сейчас пошлю к вам еще десантников...

«Не знаю, что и делать…». Потому что при таком огне сбить пламя теми средствами, которыми бойцы авиалесоохраны сегодня тушат пожары, невозможно. Потому что они идут на огонь высотой в пять метров с допотопными насосами, наполняя баллоны за плечами грязной водой – кружками! — из придорожной канавы.

— Пшик. Пшик-пшик-пшик. Пшик. Пшик-пшик…

Вручную.

— Пшик-пшик. Пшик. Пш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш…

Поможет, если огонь выше пяти метров? Не потому ли лесные пожары каждое лето выжигают огромные лесные пространства в России? Но люди все равно делают свою работу — снова и снова летят в огненные очаги с одними этими долбанными насосами...

— Как вы там?
— Стоим! Справимся!
— Надежно? Выбросов не будет? По завалам на верха не пойдет?
— Продержимся.

Может быть, поможет дождь. От которого потом придется хоронится, завернувшись в запасной парашют под куполом натянутого, как палатка, основного.
Капли воды висят на стропах.

Под крылом — лес

— Ты знаешь, как красива с высоты земля? И как же не защищать такую красоту?

Они снова летят туда, где пламя. Над прекрасной – с высоты не видны те уродства, которые творят на ней люди, — землей. Летят спасать красоту. Ту самую, которая должна спасти мир.

Под крылом – лес. А над ним — то ли туманные дымки облаков, то ли дымы пожаров, потушенных, или тех, которые предстоит потушить…

 

Олег ШАМРИЦКИЙ

 

Дым в лесу
Кто же, если не мы?
Кадр из фильма «От подснежников до жёлтых листьев».

Добавить комментарий

Яндекс.Метрика