Нижняя Синячиха. Музей Самойлова

Окончание

Начало вот тут - https://literny.ru/we/spaso-preobrazhenskij-hram#more-1278

Продолжение вот тут - https://literny.ru/we/samojlov

Самый «не музейный» музей

"Нижняя Синячиха – самая «не музейная» из всех музеев по открытым небом, которые приходилось видеть. Она — теплая, натуральная. Не разберешь, где кончается село и начинается музей. Все как тут и было. Часовня на заросшей чабрецом Белой горе – музейная, а кладбище за ней настоящее. Народ у музейной сторожевой будки настоящих коров с пастбища дожидается. Вот уже стадо музейную поляну заполнило, травку пощипывает. Девчонки на вечной скале под названием Камешек у музейной часовни Александра Невского через головы кувыркаются.
Проходящие при встрече с Самойловым здороваются. Он им отвечает степенно. «Я, — говорит, — ихний. Многие при мне родились. В музее работают. Музеем гордятся».

Так написала о музее Самойлова Римма Печуркина из «Областной газеты». Точнее не напишешь. Так всё и есть.

Нижняя Синячиха. Музей
Музей-заповедник деревянного народного зодчества в Нижней Синячихе.
Слева – усадьба XVII века, справа – сторожевая башня,
в центре ближе – часовня Савватия и Зосимы Соловецких, дальше – часовня Вознесения,
вдали – жемчужина Нижней Синячихи Спасо-Преображенская церковь.
Снимок Виктора Чехомова.

Нижняя Синячиха. Изба XVII века
Изба XVII века. Померяться с нею «древностию лет» на Урале
может разве что изба «бабы Кати» из села Коптелово.
Снимок Виктора Чехомова.

Нижняя Синячиха. Изба XVIII века
Изба XVIII века. Её Самойлов увез из деревни Вогулки.
Снимок Виктора Чехомова.

Нижняя Синячиха. Изба XIX века
Изба XIX века. Привезена в Нижнюю Синячиху из деревни Камельской.
Вот в таких «бедных» избах «бедовали» уральские крестьяне
за четверть века до революции 1917 года.
Снимок Виктора Чехомова.

Часовни в Нижней Синячихе станут появляться в начале 1980-х. Одна за другой  — Иван Данилович тогда начал осуществлять еще одну свою мечту: создавать музей-заповедник деревянного народного зодчества.

Нижняя синячиха. Часовни
Часовня Савватия и Зосимы Соловецких и часовня Вознесения.
Снимок Виктора Чехомова.

Часовня Вознесения

Первой он сюда перевезет часовню Вознесения из деревни Карповой Верхотурского района. Записанная Самойловым в дневнике история ее переселения – обвинительный акт губителям русской культуры, всего уклада русской жизни:

8 апреля 1980 года.

«Была очень трудная поездка, пожалуй, самая трудная из всех. Приехали в Карпово в шесть вечера. В совхозе попросил трактор и пять рабочих. Грузили машины до одиннадцати, отемняли. Шоферы ругаются, грузчики почти все полупьяные, кричат: «Давай, давай!» Приходится самому показывать, что и как грузить. Иначе набросают как попало, и половину не довезешь — дорогой растеряешь. Накануне выпал большой снег, около часовенки машины буксуют, приходится их таскать трактором. С муками загрузили машины, тронулись в путь. Ехали целый день – то колеса спускали, то горючего нет, то машина ушла не по той дороге. Часами не знаешь, как выйти из положения.
В Синячихе опять с трудом разгрузились. В совхозе была получка, буксировать машины с тракта было нечем. Выручил тракторист. На К-700 он шел в Ирбит, за десять рублей мне помог.
Как ни трудно, но дело сделано. Полуживой заявился домой, весь в грязи».

10 апреля 1980 года.

«Как избитый, все кости болят – с трудом поднялся утром. И опять бросился в путь – в Нижнюю Синячиху искать две машины – надо ехать за остатками часовни. Выручил завгар – Хорошев Юрий Петрович, я у него выпрашивал машины со слезами на глазах. Ему потом за меня попало – заработал выговор за то, что дал мне машины…»

Остается добавить, что разобрали эту часовенку, прежде чем начать грузить ее на машины, Самойлов на пару с Окуловым, вдвоем. Деревня Карпово стоит на высоком берегу речки Пии. Сухое, здоровое место. Самые благодатные места для жизни крестьян – пахотные, сенокосные и пастбищные угодья – в ряд, рыбная речка, в лесу – дичь, грибы, ягоды… И ни одного живого человека. Брошенные избы, украшенные резьбой… Брошенная деревня, последний житель которой покинул ее еще десять лет назад…

Часовня Савватия и Зосимы Соловецких

Только-только привезена часовня Вознесения, а Самойлов уже, проваливаясь по колено в весенней грязи, прыгая с кочки на кочку, спешит в деревню Кокшарову Верхнесалдинского района, где погибает еще одна часовня, Савватия и Зосимы Соловецких, построенная в конце XVIII века:

«Волновался: неужели ее разрушили? И вот, не доходя километра полтора до деревни, увидел – вроде торчит шпиль колокольни, а может, и не он. Я сам себе все говорил: хоть бы уцелела. Наконец увидел на южной окраине, при въезде, полностью всю часовню, с колокольней, хотя сильно обезображенной. От радости бежал почти бегом, готов был кричать: «Стоит, вся стоит!»
Часовня вся заросла крапивой и репьем в рост человека, я весь отвозился в нем. Обшивка часовни оборвана, полы и потолки выломаны, колокольня покосилась на восток, крыша местами раскрыта – стены гниют.
Из деревни в обратный путь пошел, когда уже стемнело, было около 9 часов вечера. Пробирался по дороге на ощупь, сотню раз проваливался, в сапоги нагреб грязи и воды. Издали заметил – мигают фары, шофер мне сигналил, чтобы я не сбился с дороги…»

Он вернется за этой часовней спустя полгода, 12 ноября 1980-го. Когда грузил, на душе была тоска, сердце ныло.

«Хотел попросить помочь грузить часовню хозяина дома, где остановились, оказалось, он умер. Бригадир – уехал, есть еще скотник-пастух, но он сейчас тоже в отъезде. Больше мужчин в деревне нет. Пришлось просить женщин. Было мне не по себе.
Я сам вырос в такой деревне. Кокшарова на краю гибели, осталось домов тридцать, из них половина пустые, а в остальных живут старики. Дома в запущенном состоянии, оторванные доски висят, в огородах хлам, сено и солома свалены на улице, дрова хлыстами – там же. А на южной окраине деревни женщины грузят в машину свою часовню, свое последнее теплое воспоминание, своими руками отдают в чужие места. Они не протестуют, какие-то безразличные, хотя между собой, я слышал, говорят: «Деревня осиротела».

Получается, стыдимся себя...

Но не было у Самойлова других вариантов, не было у него тогда выбора. Почему он с таким волнением спешил по весенней распутице в Кокшарову, почему всю дорогу била в набат у него в голове одна мысль: «Цела ли еще?»

Да потому, что накануне он ездил за другой часовней, в деревню Рогозину, Верхотурского района, потому что узнал – нет больше этой часовни, два года уже как разобрана и увезена в Верхотурье, а там растащена по частям…

Кыртомский Крестовоздвиженский монастырь
Крестовоздвиженский храм Кыртомского мужского монастыря.
Сгорел до пепла, до золы, дотла в 1972-м...

Потому что помнил про «алапаевские Кижи» — деревянный Крестовоздвиженский храм Кыртомского монастыря, сгоревший в злосчастное лето 1972-го.

Церковь в Невьянском
Церковь в селе Невьянском. Разрушена до основания в 1977-м…
Снимок Валерия Баякина.

Про красивейшую каменную церковь в селе Невьянском, до снования разрушенную в 1977-м. Про многочисленные крестьянские избы, брошенные их хозяевами на произвол судьбы в «неперспективных» деревнях.
Другой вариант был один – разрушение, смерть.

Почему отрывал от почвы, на которой родились, от родных мест, которые сами – часть их неповторимого архитектурного облика? Не надо бередить рану. Пробовал восстанавливать на месте. Не дали.

Вот запись в дневнике от 9 августа 1983 года:

«Сегодня районное начальство предупредило меня, чтобы я не занимался реставрацией часовни Ильинской в деревне Кабаковой. А у меня уже леса сделаны, придется убирать. Я пытался объяснить, что часовня стоит на хорошем месте над рекой Нейвой. Она как храм Покрова-на-Нерли. И еще хотел отреставрировать часовню Флора и Лавра над рекой Тагил. Она очень хорошо смотрится издалека. Нет, говорят, ты их не трогай. В Синячихе можешь этим заниматься, а в районе – не надо. Что делать? Получается, стыдимся себя, своей культуры? Видимо, относим себя к народу второго сорта… Когда в деревне Кабаковой делали леса на часовню, чувствовалось, что на народ воспрянул, пробудилась в нем гордость за себя. Когда убрали леса, мне было стыдно смотреть людям в глаза и очень жаль их. Радость перед ними мелькнула, и я обратно у них отнял ее…»

В Нижней Синячихе Самойлов поставит еще часовню Александра Невского – ту самую, на Камушке, ротонду с глазастыми солнечными наличниками, перевезет ее из села Останино Алапаевского района; и восстановит некогда стоящую на Белой горе в Синячихе кладбищенскую часовню Ильи Пророка.

Нижняя Синячиха. Часовня Александра Невского
Часовня Александра Невского.
Снимок Виктора Чехомова.

Часовня Александра Невского на закате солнца
Закат солнца. Часовня Александра Невского на Камешке.
Снимок Виктора Чехомова.

Шаг в бессмертие

А в начале 1990-х годов Спасо-Преображенский храм, заново освященный, откроет свои двери для прихожан – в храме-музее возобновились богослужения. В престольный праздник Преображения Господня к нему идут крестным ходом верующие от монастыря Новомучеников Российских. Спасо-Преображенский храм Нижней Синячихи находится в ведении и духовном окормлении монастыря.

…Сегодня 15 сентября 2002 года. Я возвращаюсь на автобусе из монастыря Новомучеников Российских на Межной. Снова, как и тогда, с отцом, в 1977-м, навстречу мне приближается Спасо-Преображенский храм, Но на этот раз встреча не состоится, автобус свернет направо, в город.
А встречный – с очередной экскурсией – сворачивает к Нижней Синячихе.

Нижняя Синячиха с колокольни Спасо-Преображенской церкви
Нижняя Синячиха с колокольни Спасо-Преображенской церкви.
Снимок Юрия Дунаева.

Через несколько минут они уже будут возле храма, и первое, что увидят, первое, что видят все, кто входит в храм, — доска у входа в музей, на которой высечены фамилии:

Анохин Яков Петрович
Самойлов Виктор Александрович
Козлов Иван Алексеевич
Зуев Иван Наумович
Окулов Александр Иванович
Перовских Григорий Автимонович
Немытов Иван Павлович
Букин Василий Алексеевич
Немытов Валентин Петрович
Буров Владимир Васильевич
Кейт Леонид Юрьевич

Имена мастеров – плотников, штукатуров, кровельщиков, художников, имена тех, кто восстанавливал храм.
Нет только одного имени – Ивана Даниловича Самойлова.
А ему и не надо. Его и так никогда не забудут.

 

Олег ШАМРИЦКИЙ

2002 год

Вот тут ещё версия о том, кто построил Спасо-Преображенский храм в Нижней Синячихеhttps://literny.ru/ogljanis-nazad/nizhnjaja-sinjachiha

 

P.S. Иван Данилович Самойлов умер 7 августа 2008 года. Похоронен в ограде спасенного им храма.

Могила Ивана Даниловича Самойлова
Могила Ивана Даниловича Самойлова
в ограде Спасо-Преображенской церкви в Нижней Синячихе.
Снимок Даниила Симонова.

Вечная память и вечный покой.

Комментарии 1

  • Огромное спасибо за такой обстоятельный рассказ об истории возрождения Спасо-Преображенского Храма, об уникальном музее под открытым небом. Много интересных деталей и прекрасных фотографий. Вы, Олег, тоже хранитель истории родного края. Удачи вам и успехов на этой стезе.

Добавить комментарий

Яндекс.Метрика