Т-с-с-с...

За стеной слева в соседней квартире – шаги. Весомые. Значит, они ещё дома, а их королевский дог спит. Значит, можно немного почитать, пока всё тихо и спокойно.

Правда, за стеной справа, как всегда, на полную громкость включен телевизор. Но это терпимо. Мои соседи справа сейчас, кажется, вместе с Сенкевичем путешествуют по ледовым просторам Арктики.

Белое безмолвие
Белое безмолвие.

Они вообще очень любознательные люди, эти мои соседи справа – смотрят все передачи подряд. По-моему, с тех пор, как они поселились тут два года тому назад и включили телевизор, они его с тех пор так ни разу и не выключали. Подозреваю, что они плохо слышат. Может быть, они даже глуховаты. Потому что спокойно выносить такой звук может только глухой человек. Глухой, как пень! Несчастные, мне их искренне жаль…

Представляю, как они, бедолаги, сидят сейчас, прижавшись ушами к телевизору, и постоянно переспрашивают друг у друга:
— Ты слышала, что он сейчас сказал?
— Тише! Как я могу хоть что-то услышать, когда ты орёшь на весь дом!
Я им сочувствую от всей души, даже невольно слезы на глаза наворачиваются.

Смахиваю их, ложусь на диван и открываю роман Габриэля Гарсиа Маркеса «Сто лет одиночества» — прекрасную книгу о счастливых людях, живущих в поселке на берегу теплого океана, в отдельных хижинах и без всяких соседей. Сто лет одиночества, тишины и покоя! Какое блаженство!

Габриэль Гарсиа Маркес
Габриэль Гарсиа Маркес. Он написал свой нобелевский роман,
потому что прожил сто лет в одиночестве и тишине.

Кстати, те, что за стеной слева, кажется уже уходят. Куда они уходят ночами? Ну, вот, собака завыла, значит, они ушли. Она всегда начинает выть после их ухода и воет до тех пор, пока они не вернутся. Я не знаю, отчего она воет, но мне её бесконечно жаль. Бедный королевский дог! Может быть, они его плохо кормят перед уходом? Впрочем, они добрые люди, они не запирают пса в душной комнате, они оставляют открытой дверь на балкон, чтобы собака не теряла связи с внешним миром. Могла подышать свежим воздухом. Или полаять от избытка чувств. Что она сейчас, собственно, и делает. Гав-гау-гау-гав! Гав-гау-ду-ю-ду! Спасибо. Я поживаю хорошо. Я спокойна, всем довольна и невыносимо счастлива!

Каникулы в Простоквашино
Из всего собачьего мне нравятся только «собачьи дни» —
каникулы в Простоквашино под Нижней Синячихой!:)))

Тем более, что я прямо сейчас могу встать с дивана и уйти на кухню. Кухня – это мой рай. Это единственный уголок в моей квартире, где почти не слышны ни лай и вой собаки, ни разглагольствования этого туристоразвода Сенкевича, вслед за которым сейчас карабкаются на Эльбрус мои милые ушастики за стеной справа. А до прихода соседа сверху, ещё целый час, и это значит, что я смогу… нет, уже не смогу, похоже, что сосед сверху уже дома. Что-то он рано сегодня.

Я вздыхаю, и, закрыв глаза, в сто первый китайский раз выслушиваю его обвинительную речь, врывающуюся в мою жизнь из отверстия для вытяжки газа, в которой он повествует своим близким, а заодно и мне, о своей несчастной жизни, о том, какие плохие у него были отец и мать, братья и сестры, и вообще все родственники, и как он ошибся, когда женился, потому что родственники жены оказались ещё хуже.

Значит, он сегодня точно выпил, потому что он рассказывает обо всем этом только когда выпьет. Несчастный, всеми изобиженный человек, как мне его жаль! Зачем все они его мучают? Почему не оставят в покое и не уйдут? Вот и сейчас он их всех снова посылает, а они не уходят…

Пьянству - бой
Пьянству – вечный бой!

А это значит, что уйти придется мне.
Возвращаюсь назад в единственную комнату моей однокомнатной квартиры.

Соседи справа, негромко похрустывая веточками саксаула, которые они прихватили с собой во время путешествия по пескам Каракумов, сейчас мирно дремлют на футбольном матче. Кажется, игра не очень интересная, иначе бы трибуны ревели гораздо сильнее.

Дог за стеной слева педантично бегает взад-вперед: то на балкон – полаять, то назад в комнату – повыть. Хорошо хоть, что воет на все четыре стороны. Многосторонний такой пёсик…

Я лежу с открытыми глазами и думаю о том, что заканчивается ещё один день моей жизни, который мне уже никто не вернет, и что я в этом году снова не смогу выбраться в лес за грибами, и что завтра утром мне снова идти на работу…

Тихая охота
Тихая «охота» на боровичков!

А ещё я думаю о том, что телевизор за стеной справа вырубится не раньше двух ночи, а дог в квартире слева утихомирится не раньше трех, и что утром в половине шестого меня разбудит свист... Знаете, утром на экране телевизора перед началом передач появляется такая таблица со свистом…

…О, уже свистит! Я просыпаюсь, и королевский дог за стеной тоже. Сейчас он начнет скулить, рычать, грызть и царапать когтями стенку – по простоте душевной он думает, что это свистят ему, и спешит на зов.

Я встаю, иду на кухню, ставлю чайник. Утром на кухне всегда тихо.
Но… да что же это?!!!

Из отверстия для вытяжки газа продолжается вчерашняя речь соседа сверху. Похоже, он всё ещё пьян и до сих пор не лег спать! Это уже че-рес-чур! Что он себе позволяет? По утрам на кухне никакого соседа сверху быть не должно! Такое беспардонное нарушение правил сосуществования полностью выводит меня из себя.

Я иду назад в комнату, врубаю на полную мощность музыкальный центр, несу на кухню одну из колонок, направляю её в вытяжное отверстие для газа, и она рявкает в него во всю свою 100-ваттную мощь:

Wer wartet mit Besonnenheit
Der wird belohnt zur rechten Zeit
Nun, das Warten hat ein Ende
Leiht euer Ohr einer Legende

RAMM-STEIN!
RAMM-STEIN!!!

Manche führen, manche folgen
Herz und Seele, Hand in Hand
Vorwärts vorwarts bleibt nicht stehen
Sinn und Form bekommt Verstand

RAMM-STEIN!
RAMM-STEIN!!!
RAMM-STEIN!!!!!


Rammstein
Да, «Rammstein» — это тема!

Сверху доносится какой-то очень тупой звук падения чего-то тяжелого. Кажется, это сосед сверху протрезвел – он с похмелья всегда плохо держится на ногах.

Я плотно затыкаю уши ватой и надеваю на голову шлем, который привез с войны в 1945-м мой дедушка-танкист.

Стена справа дрожит от ударов кулаков – похоже, к моим глухарям вернулся слух. Зря стучите, ребята, никто вам не откроет, все в танке, все ушли на фронт!

Краем глаза замечаю, как с балкона соседей слева выбрасывается без парашюта с четвертого этажа королевский дог. Счастливого тебе полета, милый пёсик, и мягкой тебе посадки!

Я с ногами забираюсь на диван и слушаю тишину.

Полную непроницаемую тишину.

Я наслаждаюсь молчанием.

До работы ещё целый час.

 

Олег ШАМРИЦКИЙ

P.S
от Андрея Андреича:)

Тишины хочу, тишины...
Нервы, что ли, обожжены?
Тишины...

Чтобы тень от сосны,
щекоча нас, перемещалась,
холодящая словно шалость,
вдоль спины до мизинца ступни,
тишины...

Звуки будто отключены.
Чем назвать твои брови с отливом?
Понимание — молчаливо.
Тишины.

Звук запаздывает за светом.
Слишком часто мы рты разеваем.
Настоящее — неназываемо.
Надо жить ощущением, цветом.

Кожа тоже ведь человек,
с впечатленьями, голосами.
Для нее музыкально касанье,
как для слуха — поет соловей.

Как живется вам там, болтуны,
чай, опять кулуарный авралец?
Горлопаны не наорались?
тишины...

Мы в другое погружены.
В ход времен неисповедимый.
И по едкому запаху дыма
мы поймем, что идут чабаны.

Значит, вечер. Вскипает приварок.
Они курят, как тени тихи.
И из псов, как из зажигалок,
Светят синие языки.

Добавить комментарий

Яндекс.Метрика