Кто-то пролетел над гнедой опушкой. Часть 3

Продолжение.

Начало вот тут:

КТО-ТО ПРОЛЕТЕЛ НАД ГНЕДОЙ ОПУШКОЙ. ЧАСТЬ 1

КТО-ТО ПРОЛЕТЕЛ НАД ГНЕДОЙ ОПУШКОЙ. ЧАСТЬ 2

Приземлились. Осмотрелись

— В чём дело, Лобб, тысяча чертей? Мы сядем когда-нибудь или нет?

— Мы уже сели, шеф!

— Но я ничего не заметил, Лобб!

— Это потому, что здесь очень темно, шеф! Ни черта не видно! Света нет! Сейчас подключусь к высоковольтной линии электропередачи… Ну, вот и свет! Чёрт! Как вы изменились, шеф!

— Ещё бы я не изменился, Лобб, пропади всё пропадом! Почти семь лет в кромешной тьме! Проклятый Горбб! Ну, ладно, черт с ним… Итак, решение принято. На этом внеочередную сессию нашего Греховного совета объявляю закрытой!

— Позволю себе заметить, шеф, что мы ещё не проголосовали…

— Чёрт! Совсем из головы вылетело, Лобб. Извини. Кто за принятое мной решение, прошу поднять руку! Вы что, кретины, оглохли, что ли? Лобб, ну-ка, подними им руки! Вот так. Единогласно. По одному, левое плечо вперед, из звездолета – марш!

Контакт второго пилота Лобба

— Внимание! Внимание! Говорит командир звездолёта Бобб! Вызываю второго пилота Лобба. Как слышишь меня, как слышишь? Где ты, Лобб, черт бы тебя побрал? Приём…

— Всё в порядке, шеф. Принял форму цветущей липы у окна исполкома. Должен сказать вам, шеф, что этот Бреджж всё перепутал. На самом деле никакого исполкома тут нет. Здесь вовсе не исполком, а какая-то городская ад-мини-прострация!

Городская администрация в Алапаевске
Липы под окнами городской администрации Ёлыпалывска.
Первая липа справа – это второй пилот Лобб:).
Снимок Даниила Симонова.

— Ближе к делу, Лобб, тысяча чертей!

— Слушаюсь, шеф! Сейчас в кабинете, возле окна которого я шумлю своею листвой…

— Чем, чем вы там шумите, Лобб? Я же вас инструктировал – никакого шума!

— Шеф, это липовый шум!

— А, липовый… Ну, это меняет дело… Докладывайте дальше, Лобб!

— Так вот, шеф, в этом кабинете вокруг большого стола сейчас сидят восемь аборигенов, все женщины…

— А, женщины, значит, не аборигены, а аборигенки… Хорошенькие?

— Нет, они не хором, они все соло.

— Соло?

— Да, шеф. По очереди. Они сейчас говорят про какую-то гуманитарную помощь…

— Ну-ка, включите прямую трансляцию, Лобб!

— Слушаюсь, шеф!

Лобб выходит в прямой эфир

«…на днях мы получили гуманитарную помощь от американской фирмы KEEP, которая должна помочь нам успешно преодолеть наш всеобъемлющий системный кризис! Эту гуманитарную помощь мы получили совершенно бесплатно, если, конечно, не считать, тех нескольких сотен миллионов долларов, которые нам придется уплатить за её доставку в Ёлыпалывск. И нам поручено правительством страны и губернатором области распределить эту гуманитарную помощь как можно шире и справедливее среди народа, который в ней так нуждается, что без неё кушать не может!

— А что за помощь?

— Я же сказала – бесплатная и очень нужная нам помощь… Давайте начнем её беспристрастно распределять по выданному нам закрытому списку. Товар номер один – импортная консервированная морковка! Какие будут предложения?

— Предлагаю отдать морковку зайцам!

— Импортную консервированную морковку зайцам? А чем народ кормить будем?

— Предлагаю отдать эту морковку в центральную городскую больницу!

— Правильно!

— Верно!

— Пусть больные немного полакомятся неведомыми заморскими деликатесами!

— Товар номер два – соль импортная. Куда её?

— Предлагаю отдать соль тоже в центральную городскую больницу!

— Верно!

— Правильно!

— Тогда уже никто не скажет, что больные в нашей больнице встают из-за стола несолоно хлебавши!

— Принимается! Товар номер три – еда на 36 человек.

— А что за еда?

— Не знаю. Съедобная еда! Вот, кстати, спецификация… Значит, так: виски «Джонни Уокер» — один ящик, тушенка говяжья из Айовы – два ящика, балык белорыбицы и нельмы – восемнадцать упаковок, фрукты – бананы и ананасы, чипсы…

— Я думаю, что эту еду надо отдать нам! Нашей комиссии!

— Но нас же всего двенадцать, а еды – на 36 человек!

— Но ведь каждый из нас работает за троих! Мы делаем сейчас самое важное и ответственное дело в городе – распределяем по справедливости то, чего на всех всё равно не хватит, всё равно найдутся те, кто посчитает себя обделенным! Представляете, что они про нас будут говорить, какой глубокий психологический стресс всех нас ждет! А эта еда на 36 человек позволила бы нам восстановить наше подорванное физическое и психическое здоровье!

— Верно!

— Правильно!

— Всё равно, кроме нас, никто в городе ничего такого не ел и не пил, ещё подумают, что мы им специально подсунули это буржуйское фуфло… Наш народ и так много чего перестрадал и выстрадал, не будем усугублять…

— Товар номер четыре – шнурки для ботинок!

— Предлагаю отдать шнурки в центральную городскую больницу!

— Это ещё зачем? Мы и так уже достаточно много выделили нашей центральной городской больнице… И вообще, иногда надо и головой думать! Они же все там в тапочках ходят!

— Тогда предлагаю отдать эти шнурки нашей доблестной милиции!

— Верно!

— Правильно!

— А им зачем шнурки? Они же все в сапогах!

— Ну и что? Шнурками ведь можно не только ботинки завязывать, но и преступников вязать! А наша милиция сегодня, как никогда, нуждается в спецсредствах для самообороны от вылазок активизировавшегося преступного мира и прочего криминала!

— Решено! Товар номер пять – крем сапожный!

— Предлагаю отдать крем сапожный ветеранам войны!

— Верно!

— Правильно!

— А что они им будут чистить?

— Как что? Обувь!

— А где они её возьмут?

— А зачем им её ещё раз брать? Они её уже один раз взяли! Обувь у них трофейная, ей сноса нет! Но запылилась за полвека. Пусть почистят её к празднику, про помощь союзников и второй фронт вспомнят…»

— Черт побери, Лобб, что у них там происходит? Ведь по Бреджжу у них там полное изобилие!

— А черт их знает, шеф, наверное, бесятся с жиру… Или Бреджж чего опять напутал. Я что-то перестаю доверять запискам Бреджжа, шеф… Мне кажется, он уже тогда начал работать на Горбба!

Бунт второго пилота Лобба

— Ладно, Лобб… Немедленно сворачивайте наблюдение и возвращайтесь назад, к звездолёту. Или нет… Знаете, сделайте вот что – примите форму какой-нибудь из книг Бреджжа и попробуйте сдать себя в городскую библиотеку. А когда вас кто-нибудь возьмет почитать, запишите на диктофон всё, что он скажет о его творчестве…

— Простите, шеф, но, во-первых, я уже выполнил своё задание, а во-вторых, мне не нравится ваш тон! По-моему, это деспотизм и тирания! Вы сейчас продемонстрировали всему цивилизованному инопланетному миру ксенофобию и шовинизм предбреджжевского времени!

— Не говорите ерунды, Лобб. Я всегда был последовательным демократом! Я всегда придерживался принципа: «Демократия должна быть демократной!». И вы это отлично знаете, Лобб, черти вас раздери! Вы лично всегда получите столько суверенитета, сколько захотите и сможете взять!

— В таком случае, шеф, я беру весь суверенитет и вместе со своим отсеком отделяюсь от вашего звездолета!

— Лобб, вы окончательно спятили! Вы не сможете взлететь отсюда, если отделитесь от звездолёта!

— А мне плевать, шеф! Лучше сдохнуть на этой проклятой космосом Земле свободным, чем летать в звездолёте рабом! Вставай, проклятьем заклейменный…

— Заткнитесь, Лобб! И исполняйте приказ. Или я оставлю вас тут, но одного. Без отсека!

— Простите, шеф! Я погорячился…

— Ладно, Лобб, замяли… С кем не бывает… Конец связи.

И, убедившись, что Лобб его уже не слышит, Бобб дал волю скопившемуся в нём гневу:

— Дебил! Экстремист! Ну, погоди!

 

Окончание вот тут:

КТО-ТО ПРОЛЕТЕЛ НАД ГНЕДОЙ ОПУШКОЙ. ЧАСТЬ 4

 

Олег ШАМРИЦКИЙ

инопланетяне вступают в контакт

Добавить комментарий