О Старом заводе и о моём отце

Это ещё все-таки не полностью ещё разрушенное здание я помню с самого детства. «Старый завод» — так называл его мой отец Василий Антонович Трикачев. Он работал на этом заводе с 1941 года.

Старый Алапаевский завод
Развалины Алапаевского чугунолитейного и железоделательного завода.
Памятник промышленной архитектуры начала XVIII века.

Я же, в 1960-х, лет с пяти, приходил по пятницам к нему на работу, особенно зимой. Топить в морозы собственную домашнюю баню было сложновато, да и воду таскать или возить в коляске мотоцикла во флягах с колонки было несподручно, поэтому шли к отцу на завод. Там были три душевых отделения и раздевалка для рабочих с деревянными шкафчиками.
Они находились в том же здании, где и «кабинет» моего отца, а точнее его стол, телефон и деревянные с откидной сидушкой, как в кинотеатрах, сиденья. Отец тогда уже был мастером.

«Принят учеником слесаря в огнеупорный цех АМЗ 23.12.1941 года…»

При заполнении каких-либо анкет или в частной беседе я всегда говорил, что отец работает на мартене, в «огнеупоре», как выражались все рабочие. Кто из нас заглядывает в трудовую книжку своих родителей, тем более, что всю «сознательную жизнь», эта книжка лежит в отделе кадров? Правда, в былые времена место работы гражданина СССР отмечалось еще и в паспорте, на последних страницах, в «Особых отметках».

Помню, что в паспорте отца была запись «Принят на Алапаевский металлургический завод» и дата «23 декабря 1941 года». И мой отец, видимо в воспитательных целях, говаривал:

— Я начал зарабатывать и кормить семью в четырнадцать лет!

При этом с некоторым укором посматривал на меня.

Потом, по прошествии многих лет, когда он поднимал эту тему, я уже смело отвечал:

— А я официально начал работать в шестнадцать, а подрабатывать в тринадцать!

Но однажды, подняв из архива трудовую книжку отца, прочел: «Принят учеником слесаря в огнеупорный цех АМЗ 23.12.1941 года», потом «Перемещен в огнеупорном цехе на должность токаря 28.08.1942», далее «Перемещен в том же цехе на должность дежурного слесаря 01.03.1948 года».

Трудовая книжка Василия Трикачева
Трудовая книжка отца

Записи в трудовой книжке отца

Наверное, только сейчас я понял, что это перемещение в 1948 году было связано с тем, что, работая токарем, он получил производственную травму. Ему сломало правую руку, которая всю оставшуюся жизнь так и не сгибалась полностью. Он не любил вспоминать об этом. Только когда не мог справиться с какой-либо работой, говорил:

— У меня же рука… Так не гнется!

А сколько этих пацанов, стоящих в войну у токарного станка, работая по 12- 14 часов, ковали или точили Победу нашей армии. С записью в военном билете «годен к нестроевой», они были в строю в тылу, и главной наградой того поколения, кроме знаков, медалей и орденов, была Победа.

Медаль за трудовое отличие
Медали отца «заиграли» в детстве. А вот наградные удостоверения остались.

Затем в трудовой книжке идут «бригадир», «сменный мастер» и всё в огнеупорном цехе. Только 01.02.1958 года появилась запись о мартеновском цехе.

Но вернусь к Старому заводу.

На Старом заводе

Мы с матерью спускались по Толоконской, минуя улицы Пушкина и Павлова, к железнодорожным путям и по шпалам шагали вплоть до моста через Алапаиху на улице Ленина. Перед мостом поднимались в крутую горку, переходили Ленина, и снова, уже по широкой дороге, мимо Дворца культуры металлургов, спускались на территорию Старого завода.

Административное здание было сложено из гранитного камня, толщина стены была хорошо визуально промеряема по сводчатому окну, и, думаю, что метра полтора. Свод арки был выложен обтесанным гранитом правильной формы. Задняя стенка помещения практически была недоступна, так как там шла насыпная, почти под крышу, дорога.

Если встать у входной двери на север, то справа от «конторы» находились развалины двухэтажных зданий, уже без крыши. Мы иногда с ребятами лазили по ним, называя их «каменоломнями», потому что они действительно напоминали каменоломни. И еще здесь всегда было огромное количество диких голубей, слетавшихся с чердака Дворца культуры, лестница и чердачное окно которого выходили на эти развалины. Как будто бы это место было прикормлено.

Впрочем, судя по старинным фотографиям, похоже, там в какие-то времена и годы были расположены склады. Или даже зернохранилище?

Старый Алапаевский завод на речке Алапаихе

Позднее эти здания снесут, разровняют площадку и разместят большие на стойках аттракционы: «Лодки-качели» и вращающиеся «Самолеты». А сами территории приобщат к Саду металлургов.

Между зданиеми «Молотового цеха» и складов под готовую продукцию, вытянутых вдоль железнодорожного полотна, проходила дорога, ведущая к ремстройучастку АМЗ. Там располагались несколько цехов по обработке древесины, где изготавливали двери и оконные рамы.

Через речку Алапаиху в этом месте был мост. И самые ушлые пешеходы сворачивали с Ленина за Дворец культуры к «Старому заводу», через этот мост шли к ремстройучастку и попадали на колхозный рынок. Другая, не менее подготовленная их часть, перейдя по большому мосту через Алапаиху, в месте, где заканчивалось ограждение моста, перед вросшем в землю магазином «Книги для школы», просачивалась по тропинке вниз к Алапаихе и верхней частью берега тоже успешно перемещалась к рынку.

В так называемом «Молотовом цехе»

В полусохранившемся здании так называемого «Молотового цеха» тогда были большие ворота, а в них встроенная дверь. Пол в помещении был полностью закрыт чугунными плитами, размером примерно метр на метр, и толщиной сантиметров в пять. Под плитами — выложены каналы из огнеупорного кирпича, по которым проходил горячий воздух. Он нагревал эти плиты и размещенные на них поддоны с заготовками «сифонки». Заготовки просушивали до такого состояния, при котором их можно было обрабатывать на токарном станке. Затем подсобные рабочие перемещали их в здание мастерской.

Форма для электроплитки
Формы, сделанные отцом, для изготовления керамической электроплитки.

Форма для плитки

Готовая плитка
И готовая плитка из огнеупорной смеси для сифонки.

Помещение мастерской было сделано из шлакоблоков, метров 8 на 8, и разделено на две части. В первой, большей, стояли 2 или 3 токарных станка, на которых и обрабатывали заготовки. Работали одни женщины. Пыль стояла постоянно, работа была вредная. Помню, что в один не прекрасный день их всех снабдили респираторами. И перевели с группы «вредность», которая давала возможность выходить на пенсию по первому списку, то есть мужчинам в 50 лет, а женщинам в 45, на второй список, лишив тем самым их этой возможности.

Во второй, меньшей половине, была «вотчина» моего отца. Стояли верстаки с множеством разных тисов, токарный станок, сверлилка, сварочный аппарат и разный инструмент, необходимый для ремонта любого оборудования.

Инструменты
Разный инструмент для ремонта разнообразного оборудования.

Инструменты

Ключи старого Алапаевского завода
Ключи со Старого завода, накопленные за 40 лет.

Мастером в то время был Борис Павлович Попов, довольно молодой, моложе моего отца, но, вероятно, со специальным образованием.

В годах в 1972—1974-м производство «сифонки» прекратили. Но я, по прошествии некоторого времени, снова побывал на Старом заводе! Отец решил строить гараж и обратился к директору завода с заявлением: «Прошу выписать за наличный расчет то ли две, то ли три, то ли четыре тысячи штук, количество точно не помню, бывшего в употреблении кирпича с территории Старого завода». Заявление это вызвало полное недоумение у начальников. Но подписали. Позднее отец мне говорил, что о существовании этого «бывшего в употреблении кирпича» знал только он и Павел Залесов, тоже старый работник «огнеупора».

Мы спокойно открыли «сушилку», подняли чугунные плиты и разобрали кирпичную кладку каналов, положенных на глину. Кирпич, конечно, был частично оплавленный, красно-коричневый, до черноты, но крепкий, что самое главное!

Вместо P.S.

…С тех пор я проехал по многим странам мира. Был в десятках маленьких городов Испании, Бельгии, Голландии, Великобритании. В рыцарских замках Франции и Германии. Был на бесконечных раскопках на улицах Рима, где сохраняют, подпирая сотнями огромных домкратов, старые стены. Наконец, был в Помпеях — раскопанном из-под 10 метрового слоя пепла и возвращенном нам из небытия городе 80 года нашей эры.

И сегодня, глядя на здание Старого завода в Алапаевске, видя, в каком оно состоянии, мне хочется, чтобы к историческим зданиям, сохранившемся в России, было другое отношение.

 

Сергей ТРИКАЧЕВ

Об истории основания Алапаевского чугунолитейного и железоделательного завода смотрите вот тут — АЛАПАЕВСКИЙ ЗАВОД. БЫТИЕ И ЖИТИЕ

Комментарии 9

  • Поправка: мастером в огнеупорном цехе был Попов Борис Павлович.

  • Это старое полуразрушенное здание было нашим притяжением в детстве. Часто с ребятами (это было в начале 60 х) мы заглядывали туда. Там оставалось много зерна, и, видимо, поэтому голуби были там постоянными обитателями. Под слоем зерна, грязи и пыли иногда удавалось находить даже старые монеты, гильзы и диковинные железяки.

  • Леонид, думаю вы правы и точно знаете. Мог ошибиться с отчеством, годы прошли, и немалые, я ведь его называл дядя Боря, бывал у него в квартире, на Пушкина. Они с женой были вхожи в наш дом, его фото видел на снимках вместе с Векшиным, моим первым начальником Литейно-механического цеха, я работал 1971-72 год , в "Моделке " литейного участка, мастером был Павленко — Макарыч. Спасибо за поправку. Да и имена и фамилии выскакивают автоматом. Написал про Павла, старого работника огнеупора, а сейчас вспомнил фамилию — Залесов.

  • Внес предложенные поправки — Борис Павлович Попов и Павел Залесов.

  • Спасибо Олег , конечно , где ФИО , настоящие , надо быть повнимательнее , благо можно поправить . Спасибо и читателям.

  • На снимке резьбонарезной инструмент 3 шт. и молоток. Резьбонарезной: слева плашка с воротком, в центре и справа клупп (частично регулируемая плашка).

    • Да, Леонид, это клупп Маевского, поскольку домашняя мастерская у отца была укомплектована достойно, то и многие соседи обращались за помощью. Особенно весной, ближе к лету, когда в частные дома тянули водопроводы. Все соседи собирались около нашего дома на Толоконской /Братьев Бессоновых/ и сваривали лопнувшие трубы, нарезали новые резьбы и монтировали полностью магистраль. А она шла от колонки на улице Фрунзе, угол с 3-м Интернационалом, от дома Тазитдиновых, сейчас там кирпичный дом, типа «Ритуальные услуги», и вдоль улиц по огородам, разветвляясь, шла на участки, охватывая район от 3-го Интернационала до Глухих.

  • Сергей, очень хорошо написано, с удовольствием прочитал. Нахлынули немногочисленные воспоминания. Меня увезла моя тётя Валя в г. Шахты в восемь лет, куда уехали мои родители за несколько месяцев до этого. Мама закончила техникум и получила распределение туда. Кстати, над фасадом техникума была установлена модель Земли со спутником, кружащим вокруг неё. Мы с мамой вечером ходили смотреть, народу было много. С отцом ходили в баню, которая была на берегу речки Алапаихи, была ночь и папа много рассказывал про звёзды и с тех пор я очень интересовался астрономией. Другие мои воспоминания связаны с многочисленными приездами в Алапаевск, сначала с родителями, потом самостоятельно. По развалинам уже не лазил, но помню их. Последний раз в Алапаевске был летом 2017. Надеюсь ещё не раз побывать на родине.

  • Serezha, ti na4al dostojnoe delo — pisatj o nashem zavode. Ja znaju, 4to zna4iteljnaja 4astj naselenija, osobenno pokolenija nashih roditelej i ih detej (eto uzhe nashe pokolenie), uspeshno trudilisj na AMZ, a mnogie iz pokolenija nashih roditelej — vsju svoju zhiznj. Eto i tvoj otec — Trika4ev Vasilij Antonovi4 i moj ot4im Martinov Ivan Fedorovi4 (on rabotal v energocehe). Prodolzhatj budeshj? Uda4i tebe!!!

    Сережа, ты начал достойное дело — писать о нашем заводе. Я знаю, что значительная часть населения, особенно поколения наших родителей и их детей (это уже наше поколение), успешно трудились на АМЗ, а многие из поколения наших родителей — всю свою жизнь. Это и твой отец — Трикачев Василий Антонович и мой отчим Мартинов Иван Фёдорович (он работал в энергоцехе). Продолжать будешь? Удачи тебе!!!

Добавить комментарий

Яндекс.Метрика