Кино на Крайнем Севере

Старый клуб в поселке на Мысе Каменном. Его посещение было обычным ежедневным ритуалом в жизни всего местного населения. Два сеанса — на 19 часов и на 21 час. Наверное, это была единственная услуга, за которую приходилось платить в этом коммунистическом оазисе северной цивилизации.

Кино с привилегией

Зал был небольшой, мест на 100-120. Причем первые пять рядов были составлены из удобных кресел. А остальные — из стульев с железными ножками. Чтобы сидеть в креслах, нужно было иметь доверительные отношения с главным деятелем кинофикации, «продюсером» местной кинематографии, она же и кассир, Екатериной Гельметдиновой. Благодаря коммуникабельности моего товарища и соседа по комнате Толика Косолапова через некоторое время мы вошли в «тайный список лиц», получивших эту привилегию.

Танцплощадка и телевизор

Каждый новый фильм, даже уже давненько прошедший в кинотеатрах «материка», скрашивал здесь наши полярные дни и ночи, внося в них некоторое разнообразие. В субботу зрительный зал превращался в тацплощадку, где отдыхали и танцевали и все взрослые жители, и их взрослеющие дети. Танцы начинались около полуночи и продолжались до 5 часов утра.

Ансамбль в Мысе Каменном
В клубе выступал вокально-инструментальный ансамбль.
На снимке Анатолий Белый, Лариса Приходько, Евгений Рожкин, Виктор Пронин, Петр Лукашевич — ударные, Евгений Лебедев, Валерий Панарьин — вокал.

Театр на Мысе Каменном
В клубе был самодеятельный театр...

На большее, чем кино и танцы, рассчитывать не приходилось, особенно года до 1979—1980, когда и телевидения мы не видели. Телевизор можно было посмотреть на транспортных судах, стоящих на рейде под разгрузкой. В кают-кампании и каюте капитана всегда стоял этот атрибут цивилизации.

Туман Туманыч

В какой-то период рядом с нашей 2-х местной «камерой» 30А в новом общежитии ЛПС, скорее названной так по привычке, чем по содержанию, появился сосед — новый жилец в комнате 30Б. Точнее, не новый, а возвратившийся обратно в Заполярье инженер-синоптик Василий Васильевич Мешков. Ему не хватило до оформления северной пенсии нескольких месяцев, вот и пришлось вернуться дорабатывать стаж.

Старые работники его между собой зачастую называли «Туман Туманычем». Однажды в прошедшие времена он составил хороший прогноз погоды и ушел на рыбалку. А прогноз его не оправдался! Попав в сильнейший туман, он заблудился. Правда, не надолго, не более двух суток, но многие запомнили это событие и нарекли с тех пор нашего синоптика «Туман Туманычем». Такие блуждания могли привести и к более серьёзным последствиям, особенно зимой. Ведь не зря говорят: «Обмороженных всегда больше, чем перегревшихся!»

Киносеанс «по спецзаказу»

Так вот этот добрейшей души человек и неунывающий «пленник Севера», по воле случая подрабатывавший еще и киномехаником, стал нашим проводником в мир кино. Может пару раз в месяц, может больше, мы уговаривали его «крутнуть» нам фильм. Человек пять-десять согласовывали выбор и уходили ночью в клуб смотреть кино.

Мы удобно и комфортно устраивались в креслах, почти как в качалках, и никто не мешал нам по ходу сеанса обсуждать происходящее на экране, а когда на экране летели звездочки и крестики при несогласованном переходе с одного проектора на другой, свистеть и кричать: «Механика на мыло!» В ответ из окошка, откуда на экран устремлялся луч света, звучало: «Лента порвалась! Перфорация заела!»

Так и коротали время, сочетая приятное с почти полезным. Работа и досуг, досуг и работа.

Фильм «Запасной аэродром»

Однажды сдал вертолет техникам, иду вдоль взлетной полосы в направлении столовой. На перроне стоит Ил-14, возле него наблюдается некоторое скопление жителей. Обратил внимание, что едет трактор, за «пультом» управления сидит Вася Майнсков. Сзади на толстых тросах за ним тянется «пена» — толстый лист металла для перевозки крупногабаритного и тяжелого груза, обваренный по краям и усиленный швеллерами. А на этих импровизированных санях установлена камера и стоит оператор. Трактор вместе с пеной, плавно перемещается по песку и движется параллельно взлетно-посадочной полосе. Ну, ездят и ездят, какое мне дело!

фильм "Запасной аэродром"
Афиша фильма «Запасной аэродром».

Вечером в общежитии разговор, что снимают художественный фильм. «Запасной аэродром» называется. С участием Владимира Самойлова и еще нескольких актеров. Даже не осталось в памяти, но в титрах стоят Андрей Ростоцкий и Светлана Немоляева. Свободные от полетов пилоты общались с Самойловым и даже запечатлены вместе с ним. Ну, это у кого как получилось!

Самойлов на мысе Каменном
На снимке (слева направо): штурман Валерий Ловягин, актер Владимир Самойлов, командир звена Михаил Васильев и бортмеханик Михаил Казанцев.

А вот отзывы на просторах необъятного интернета примерно такие: «Понятия не имею, где находиться Мячковский аэродром, но вот все эпизоды со съемками в здании аэровокзала сняты в аэропорту поселка Мыс Каменный. И съемки в так называемой Усть-Агапе так же проходили в поселке аэропорта Мыс Каменного. Может быть, в этом фильме каждый, кто вырос на Севере, найдет что-нибудь родное свое. Кстати, в конце фильма в титрах выражается благодарность авиаотрядам Норильска и Мыс Каменного".

Тогда и сегодня

Да, было время… Сейчас остается только вспоминать о нашем Мысе Каменном — некогда самом северном форпосте полярной авиации в Тюменской области, где жили по московскому времени, на два часа раньше, чем вся Тюменьщина.

Мыс Каменный
Поселок Мыс Каменный под крылом самолёта.

В 1947 году он начался с «запасного аэродрома». Затем здесь базировалась отдельная эскадрилья с самолетами «Ли-2» и «Ан-2" и вертолетами Ми-4 и Ми-8. И, наконец — объединенный авиаотряд...

Остается только вспоминать и содрогаться от того, во что он превратился сегодня. Недавно оттуда вылетел последний вертолет. И жизнь в поселке прервалась. Хотя над вышкой КДП еще реет красный стяг — символ Свободы, Совести и Труда для всех, кто причастен к этому.

А в историческую память о поселке можно поставить постамент из останков самолета Ан-12, падавшего на поселок 1 октября 1970 года, с отлитыми из авиационной дюрали последними словами членов экипажа: «Падаем, всё ...конец!»

Из гранита пусть ставят те, кто присосался к нефтяным трубам Ямала, к нефти из его недр. А мы возили её бутылками — пробы с болотно-зеленой жидкостью и ящиками — пробы кёрна земли, еще в не таком уж и далеком 1978-м...

 

Сергей ТРИКАЧЕВ

Читайте другие рассказы Сергея Трикачева:

КАК Я СМОТРЕЛ И СНИМАЛСЯ В КИНО

ПРОЩАЙ, УЧИЛИЩЕ!

НЕ БЫВАЕТ КОРАБЛЕЙ БЕЗ НАЗВАНИЯ...

ВСТРЕЧИ НА ЗЕМЛЕ И В ВОЗДУХЕ

«ПРЕСТУПЛЕНИЕ» И «НАКАЗАНИЕ»

О СТАРОМ ЗАВОДЕ И МОЕМ ОТЦЕ

 

5 1 голос
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
7 комментариев
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Анонимно
Анонимно
6 месяцев назад

Классно написано! Книги не начал писать?) Кстати, когда снимали фильм, эта съёмочная группа пришли ко мне дождь переждать, сидели на полу все и пили кофе, Ростоцкий все хохмил, а я школьница — краснела.

Сергей
Сергей
6 месяцев назад

Время, видимо, еще не подошло, как писал В.С. Высоцкий «Когда состарюсь, издам книжонку...» Возраст еще юный, время потерпит, да и выдержит ли литература этот мой промысел?

Сергей
Сергей
6 месяцев назад

Экипаж 259-го летного отряда выполнял внерейсовый полет по маршруту Тюмень — Мыс Каменный — Тюмень с целью доставки груза для Ямальской нефтеразведочной экспедиции.

Взлет в Тюмени произведен в 14:32 мск. Посадка – в 17:29. Остаток топлива составлял 6 370 кг. Самолет был разгружен и дозаправлен топливом в количестве 11 600 кг. Взлет произведен в 19:11.

Фактическая погода на момент взлета: облачность 10/10 кучево-дождевая, 400 м, низовая метель, видимость 1 800 м, ветер 355° 12-15 м/с, t=-3°C.

Экипаж доложил о взлете и получил разрешение занять эшелон 6 600 м. В 19:15:21 экипаж доложил: «Отказали два двигателя, посадка у вас». В процессе захода на посадку экипаж доложил высоту 900 м и запросил условия посадки. Диспетчер дал посадочный курс 330° левым кругом, данные об облачности и ее нижней границе и разрешил снижение до 400 м по давлению аэродрома 752 мм рт.ст.

К третьему развороту экипаж подошел на высоте 650 м и был обнаружен диспетчерским радиолокатором на удалении 20 км от ВПП. Экипаж выполнил спаренный третий и четвертый развороты и вышел на курс 330°. На удалении 18 км экипаж доложил: «Вижу полосу». На удалении 17 км: «Выпустил шасси, высота 550 м, снижение». На удалении 8 км: «высота 250 м». На удалении 7 км экипаж запросил длину КПБ и получил ответ, что ее нет. На удалении 6 300 м экипаж доложил: «К посадке готовы». На удалении 5 км диспетчер передал: «Доверните вправо». Экипаж ответил: «Понял Вас, скорость падает». На удалении 4 км диспетчер передал: «Не теряйте высоту». Ответа не последовало и связь с экипажем прекратилась.

Дальнейший полет проходил с уклонением влево со снижением со включенными посадочными фарами. Столкновение с землей произошло в 19:27 в 2 200 м от торца ВПП и в 450 м левее ее оси. Самолет разрушился и частично сгорел. Его основные части обнаружены затонувшими и полузатонувшими в покрытом льдом заболоченном озере. Закрылки при столкновении с землей находились в положении 25°, шасси убраны, створки грузолюка открыты. Двигатели №3 и 4 выведены на взлетный режим.

Комиссией установлено, что в полете произошел отказ двигателей №1 и 2. Экипаж зафлюгировал винты. Заход на посадку осуществлялся в усложненных условиях – ночью, при отсутствии посадочной системы, при сильном порывистом ветре, низовой метели, на ограниченную по длине ВПП (2 000 м), не имеющую КПБ. На удалении 8 км самолет находился низко – на высоте 250 м. Преждевременному снижению могло способствовать наличие сильного порывистого ветра с возможными нисходящими потоками. Экипаж был озабочен преждевременным снижением, что подтверждается последующим запросом о длине КПБ. Стремясь предотвратить падение скорости и снижение, экипаж убрал шасси. Это результата не дало – скорость продолжала падать, а самолет – снижаться. После вынужденного вывода двигателей №3 и 4 на взлетный режим возник разворачивающий момент влево от оси ВПП при недостаточной эффективности управления на скорости ниже эволютивной. Убедившись, что произойдет недолет до ВПП, экипаж открыл створки грузолюка для облегчения эвакуации. Столкновение с землей произошло с левым креном с МК=220° на скорости 220-240 км/ч.

Анонимно
Анонимно
6 месяцев назад

Помню эту аварию... Удивило искреннее войсковое братство авиаторов!

Анонимно
Анонимно
6 месяцев назад

Прочитал! Классно написано. Спасибо Сергей!

Анонимно
Анонимно
6 месяцев назад

Написать-то может каждый. О своей работе, о Севере, да обо всем. о чём угодно, но не каждого захочется читать. У Вас слог об'емный. Где-то ироничный, где-то сентиментальный, где-то очень реально оценивающий происходящую действительность, без прикрас и с ноткой ностальгии. Я не знаю,что именно из вышеперечисленного заставляет меня читать Вас вновь и вновь, то смеясь, то замирая от пережитого Вами и близкими, то сопереживая вместе с Вами об упадке, можно сказать, о смерти Аэропорта Мыс Каменный. Успехов Вам! Пишите.

Сергей
Сергей
6 месяцев назад
Ответить на  Анонимно

Спасибо, будем двигаться далее.

7
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x
()
x